Некоторые из наших ученых, как напр., Белогриц-Котляревский (Учебник. с. 376-378), полагают, что наше действующее уголовное законодательство предусматривает принуждение в числе преступлений и проступков против свободы.
С этим взглядом, однако, нельзя согласиться. Действующие постановления нашего уложения о наказаниях и нашего уголовного уложения признают принуждение средством к учинению различных преступных посягательств на различные человеческие блага, пользующиеся уголовно-правовой охраной этих постановлений, как напр., на доброкачественность бракосочетания и добровольность вступления человека в брак (Ул. 1550; 15851/6), или на неприкосновенность узаконенного господства веры и неприкосновенность религиозных чувств и убеждений человека (Уг. ул. 80; 82-84; 86-87), или на половую неприкосновенность (Уг. ул. 526; 5261).
За то действующие постановления наших уложений, точно также, как и действующие постановления устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, вовсе не провозглашают принуждения еще, сверх того, каким-нибудь общим преступлением или проступком или каким-нибудь преступлением или проступком против свободы.
Что же касается постановлений уголовного уложения, еще не вступивших в действие, то некоторые из них предусматривают принуждение в числе преступлений и проступков против свободы (507).